Автор: Глушенков Олег Владимирович
ведущий научный сотрудник заповедника «Присурский» и национального парка «Чаваш вармане», автор натуралистических и научно-популярных книг, многочисленных очерков о природе
Любое периодическое издание, если это не личный блог, заинтересовано в поступлении материалов от своих корреспондентов и читателей в качестве внештатных корреспондентов (вестников). Но как оказывается непросто писать о чём-либо, не имея опыта, необходимых навыков, представления об элементарных принципах журналистики. Блогерство — широко распространившееся явление — наглядно показывает беспрецедентно низкий уровень большинства самодеятельных авторов. Значение печатного слова огромно: оно влияет на всё наше мировоззрение, и отсутствие элементарного профессионализма может привести к непоправимым последствиям, особенно при бесконтрольной вседозволенности, царящей в сети.
Поэтому мы сочли необходимым познакомить наших потенциальных корреспондентов с основными принципами, относящимися к подаче информации о процессах, происходящих в природе, о людях, плотно контактирующих с природой:
Если мы хотим писать о природе, об объектах живой природы, то прежде всего мы сами по возможности должны получить необходимые представления о том мире, с которым нам предстоит контактировать. Для этого необходимо ознакомиться с уже накопленным человечеством опытом в интересующем нас вопросе, хотя бы с какими‑то основополагающими знаниями в области биологии и экологии. Кроме самих знаний, к вам придёт понимание, как и где искать необходимые ответы на вопросы, которые обязательно возникнут у вас при непосредственном знакомстве с объектами природы, чтобы избежать ошибок в их представлении. И уже следующим шагом должен стать непосредственный контакт с тем миром, о котором мы собираемся писать и откуда будем черпать интересующую нас информацию, — иначе писать будет не о чем. Правда, можно популяризировать знания других, но право на это имеет только тот, кто сам глубоко владеет знаниями о популяризируемом объекте или явлении.
Опустим самый сложный вопрос для начинающего вестника: «О чём писать?» — наша аудитория уже сделала выбор, конечно, о природе: о животных, растениях, грибах, о явлениях, происходящих в ней, об отношении людей к ней, о непосредственном контакте с ней. Прежде необходимо определиться с другим вопросом: «В каком жанре писать?»
Предпочтительным жанром, в котором объективнее всего подаётся информация о природе, прежде всего о жизни животных, является натуралистическая литература — этот жанр привлекателен своим объективным, точным и беспристрастным изображением реальности, близким к научному познанию, отражением интереса к проявлениям жизни без морализации.
Натуралистическая литература родилась поздно, в начале ХХ века. Основоположником её принято считать Э. Сетона‑Томпсона, канадского эколога, ставшего писателем‑натуралистом. У нас в России жанр начал развивать А. Н. Формозов. Однако, чтобы писать в этом жанре, необходим богатый собственный опыт наблюдений, биологических исследований, экспедиционной работы.
Первые пробы пера можно делать в художественно‑публицистических жанрах — очерках, эссе. Полухудожественные‑полудокументальные очерки не искажают реальность событий, детально описывают среду. Эссе даёт возможность опираться только на собственные суждения и размышления над различными аспектами жизни, позволяет передать личные впечатления автора, высказывать свои соображения. Мастером эссе о природе, с отражением эмоционального восприятия её автором, следует считать Михаила Пришвина.
Однако, исходя из реалий сегодняшнего дня, беспрецедентного развития в информационном пространстве личных блогов, однозначно следует рекомендовать вестникам начинать работать в формате литературной журналистики. Этот формат использует информационные и аналитические жанры. Информационные жанры — репортаж, интервью, заметка, отчёт — предоставляют возможность оперативно выдавать фактические сообщения по событийному поводу, аналитические жанры — комментарий, статья — высказывать своё мнение. Литературная журналистика позволяет использовать даже художественно-публицистические жанры (очерк, эссе), традиционно ассоциирующиеся с художественной литературой. Непревзойдённый шедевр литературной журналистики по природной тематике — «Лесная газета» В. В. Бианки — в первичном, до издания в книжном формате, последовательном изложении в виде отдельных номеров может считаться прообразом современного блога.
Следующий вопрос, встающий перед начинающим вестником: «Что может оказаться интересным для читателя?» — и он не так прост, как кажется. Стремление к освещению событий, вызывающих большой интерес, понятно всем, даже начинающим. Однако ожидать, что вы сразу окажетесь свидетелем какого‑то необычного явления или события, не стоит. Но и расстраиваться по поводу того, что обо всём, наблюдаемом вокруг, уже неоднократно писали другие, не нужно. Как писал основоположник художественной журналистики о природе, упомянутый нами, Виталий Бианки: «Правда, каждый год бывает весна, но каждый год она новая и, сколько лет не живи, не увидишь двух одинаковых вёсен». То, что вы ещё раз опишете, вроде бы, уже всем известное явление, не является проблемой. Важно, чтобы вы описали его своим языком, со своей точки зрения — как вы его видите, как воспринимаете — нот ещё меньше, чем букв, тем не менее каждый композитор пишет свою симфонию. Первые впечатления о первых контактах с природой ярки и неповторимы, именно с их описания и нужно начинать — личные эмоциональные впечатления всегда интересны читателю.
Постепенно с каждым разом, с каждым выходом в природу ваши шансы стать свидетелями чего‑то интересного возрастают. Главное — не просто смотреть, а уметь видеть. Очень часто бывает, что мы довольствуемся только бросающейся в глаза яркой картинкой, тогда как основное действие может разворачиваться на дальнем плане. И потому важным качеством для вестника является умение замечать менее яркие краски, скрытые от поверхностного взгляда действия, разглядеть все тонкости происходящих в природе событий.
А теперь приступим к рассмотрению и обсуждению тех трудностей, подводных камней, ошибок, которые ждут или подстерегают на избранном вами пути. Чтобы избежать их, необходимо соблюдать некоторые принципы.
Давайте начнём с элементарного: рассмотрим, на что может повлиять отсутствие или недостаток достоверных знаний. Важным для начинающего вестника является не только умело и красиво описать факт, свидетелем которого он стал, но и правильно его трактовать, чтобы не множились небылицы. А для этого необходимо владеть дополнительной информацией по биологии того вида, о котором собираешься писать, — и желательно достоверной: полученной от опытных натуралистов, учёных‑биологов.
Поэтому мы сочли необходимым познакомить наших потенциальных корреспондентов с основными принципами, относящимися к подаче информации о процессах, происходящих в природе, о людях, плотно контактирующих с природой:
- познакомить вас с трудностями, подводными камнями преткновения, которые ждут или подстерегают на избранном вами пути, со способами их преодоления,
- уберечь вас от ошибок в выборе материала для своих публикаций, в подходах к его изложению.
Если мы хотим писать о природе, об объектах живой природы, то прежде всего мы сами по возможности должны получить необходимые представления о том мире, с которым нам предстоит контактировать. Для этого необходимо ознакомиться с уже накопленным человечеством опытом в интересующем нас вопросе, хотя бы с какими‑то основополагающими знаниями в области биологии и экологии. Кроме самих знаний, к вам придёт понимание, как и где искать необходимые ответы на вопросы, которые обязательно возникнут у вас при непосредственном знакомстве с объектами природы, чтобы избежать ошибок в их представлении. И уже следующим шагом должен стать непосредственный контакт с тем миром, о котором мы собираемся писать и откуда будем черпать интересующую нас информацию, — иначе писать будет не о чем. Правда, можно популяризировать знания других, но право на это имеет только тот, кто сам глубоко владеет знаниями о популяризируемом объекте или явлении.
Опустим самый сложный вопрос для начинающего вестника: «О чём писать?» — наша аудитория уже сделала выбор, конечно, о природе: о животных, растениях, грибах, о явлениях, происходящих в ней, об отношении людей к ней, о непосредственном контакте с ней. Прежде необходимо определиться с другим вопросом: «В каком жанре писать?»
Предпочтительным жанром, в котором объективнее всего подаётся информация о природе, прежде всего о жизни животных, является натуралистическая литература — этот жанр привлекателен своим объективным, точным и беспристрастным изображением реальности, близким к научному познанию, отражением интереса к проявлениям жизни без морализации.
Натуралистическая литература родилась поздно, в начале ХХ века. Основоположником её принято считать Э. Сетона‑Томпсона, канадского эколога, ставшего писателем‑натуралистом. У нас в России жанр начал развивать А. Н. Формозов. Однако, чтобы писать в этом жанре, необходим богатый собственный опыт наблюдений, биологических исследований, экспедиционной работы.
Первые пробы пера можно делать в художественно‑публицистических жанрах — очерках, эссе. Полухудожественные‑полудокументальные очерки не искажают реальность событий, детально описывают среду. Эссе даёт возможность опираться только на собственные суждения и размышления над различными аспектами жизни, позволяет передать личные впечатления автора, высказывать свои соображения. Мастером эссе о природе, с отражением эмоционального восприятия её автором, следует считать Михаила Пришвина.
Однако, исходя из реалий сегодняшнего дня, беспрецедентного развития в информационном пространстве личных блогов, однозначно следует рекомендовать вестникам начинать работать в формате литературной журналистики. Этот формат использует информационные и аналитические жанры. Информационные жанры — репортаж, интервью, заметка, отчёт — предоставляют возможность оперативно выдавать фактические сообщения по событийному поводу, аналитические жанры — комментарий, статья — высказывать своё мнение. Литературная журналистика позволяет использовать даже художественно-публицистические жанры (очерк, эссе), традиционно ассоциирующиеся с художественной литературой. Непревзойдённый шедевр литературной журналистики по природной тематике — «Лесная газета» В. В. Бианки — в первичном, до издания в книжном формате, последовательном изложении в виде отдельных номеров может считаться прообразом современного блога.
Следующий вопрос, встающий перед начинающим вестником: «Что может оказаться интересным для читателя?» — и он не так прост, как кажется. Стремление к освещению событий, вызывающих большой интерес, понятно всем, даже начинающим. Однако ожидать, что вы сразу окажетесь свидетелем какого‑то необычного явления или события, не стоит. Но и расстраиваться по поводу того, что обо всём, наблюдаемом вокруг, уже неоднократно писали другие, не нужно. Как писал основоположник художественной журналистики о природе, упомянутый нами, Виталий Бианки: «Правда, каждый год бывает весна, но каждый год она новая и, сколько лет не живи, не увидишь двух одинаковых вёсен». То, что вы ещё раз опишете, вроде бы, уже всем известное явление, не является проблемой. Важно, чтобы вы описали его своим языком, со своей точки зрения — как вы его видите, как воспринимаете — нот ещё меньше, чем букв, тем не менее каждый композитор пишет свою симфонию. Первые впечатления о первых контактах с природой ярки и неповторимы, именно с их описания и нужно начинать — личные эмоциональные впечатления всегда интересны читателю.
Постепенно с каждым разом, с каждым выходом в природу ваши шансы стать свидетелями чего‑то интересного возрастают. Главное — не просто смотреть, а уметь видеть. Очень часто бывает, что мы довольствуемся только бросающейся в глаза яркой картинкой, тогда как основное действие может разворачиваться на дальнем плане. И потому важным качеством для вестника является умение замечать менее яркие краски, скрытые от поверхностного взгляда действия, разглядеть все тонкости происходящих в природе событий.
А теперь приступим к рассмотрению и обсуждению тех трудностей, подводных камней, ошибок, которые ждут или подстерегают на избранном вами пути. Чтобы избежать их, необходимо соблюдать некоторые принципы.
Давайте начнём с элементарного: рассмотрим, на что может повлиять отсутствие или недостаток достоверных знаний. Важным для начинающего вестника является не только умело и красиво описать факт, свидетелем которого он стал, но и правильно его трактовать, чтобы не множились небылицы. А для этого необходимо владеть дополнительной информацией по биологии того вида, о котором собираешься писать, — и желательно достоверной: полученной от опытных натуралистов, учёных‑биологов.
Не оставайся в плену ложных представлений
Начало зимы. Выпал первый снег. На ветках рябины, что растёт под вашим окном, появились красногрудые снегири. Событие? Да, событие, о котором с радостью можно сообщить всем людям, следящим за сезонными изменениями, происходящими в природе. Хочется сообщить как можно быстрее, чтобы быть первым, — и именно в этом достаточно естественном для любого человека желании кроется опасность стать очередным «торопыжкой», плодящим недостоверные знания, или оказаться в ряду тех, кто тиражирует вековую ошибку о снегирях. Эмоциональность — плохой советчик, а рассудительность позволяет остудить любые эмоции.
Прежде чем браться за клавиатуру, желательно ознакомиться с доступной научной информацией об этом виде животных. Да‑да, животных — это первое, что необходимо знать вестнику о природе: птицы — это животные, как земноводные, пресмыкающиеся, рыбы, насекомые, ракообразные и многие другие, — о чём большинство из нас сразу благополучно забывает, едва пройдя курс школьной зоологии. Знакомясь с научной информацией, вы должны не только обратить внимание на область распространения снегиря (его ареал), но и сопоставить её с местом, где вы живёте: вполне может оказаться, что к вам пожаловали не гости, а хозяева.
Нам с детства передаётся опыт поколений из разных источников различными путями: от родителей, из книг, на школьных уроках. Если не вникать в суть события, то срабатывает устоявшееся мнение — независимо от того, в какой местности мы рассуждаем о снегирях, будь то Самара и Ульяновск или Вологда и Архангельск, — в наших представлениях снегири к нам прилетают зимой откуда‑то с севера. Только где он начинается, этот Север, если это не просто сторона света, а целая таинственная страна, в которой гнездятся и проводят лето снегири? Везде ли они — зимние гости? Может быть, кое‑где им пора вернуть статус хозяина.
Ошибочные представления в данном случае сформированы не специально. В этом опосредованно виновато единое информационное пространство огромной страны, охватывающей множество природных зон. Когда‑то писатель написал о своих впечатлениях от встречи с яркой птицей, ориентируясь на наблюдения, сделанные в своей местности, — а его книга разошлась по всей стране, в разных регионах которой природные процессы протекают по‑разному и в разные сроки. К тому же такое представление о снегирях укрепилось на том основании, что даже в тех местах, где эти птицы незаметно для большинства живут и гнездятся в соседних лесах, начинают попадаться на глаза они только с приходом зимы — когда появляются возле нашего жилья в сёлах и городах.
Кстати, будучи гражданином такой большой страны, вы получаете дополнительные преимущества, которые позволяют вам оказаться, возможно, даже первым автором, описавшим похожее событие для вашей природной зоны. Когда‑то, прочитав научную статью о брачном поведении серых цапель, я решил снять этот процесс на фотоплёнку. Каково же было моё удивление, когда многие ритуальные элементы исполнялись не совсем так, как было описано в статье! Только здравое рассуждение позволило мне не возмутиться якобы намеренным обманом. Достаточно было вспомнить, что описанные наблюдения проведены хотя и за поведением того же вида, но на другом конце нашей страны, — и сразу стало понятно, в чём причина расхождений. Для животных, имеющих широкое распространение, это оказалось подобным тому, как у нашего русского народа, распространившегося по бескрайней территории, в каждой новой местности сформировались свои наречия, обряды, традиции. А меня это вдохновило на написание не только научной статьи по брачному поведению серой цапли, но и целой главы в натуралистической книге «В поисках птичьих колоний» — собственное наблюдение даёт полное право не только на научную популяризацию, но и на художественную.
Эмоции заставляют нас торопиться, а для наблюдателя важно терпение. Только при длительном внимательном наблюдении вы станете обращать внимание на все мелочи, которые ускользают при поверхностном взгляде, и вы получите дополнительные интересные, стоящие читательского внимания сюжеты о том, что красногрудые у снегирей только самцы, а самки невзрачны, и в этом заложен глубокий биологический смысл, и о том, что снегирь, в отличие от дроздов и свиристелей, не является распространителем растений в наших лесах.
Или вот как с клёстами: сюжет о «дожде из шишек», многократно описанный натуралистами в очерках и заметках, показывает, что далеко не каждый автор сам наблюдал за кормлением клестов в зимнем лесу. А если и наблюдал, то не очень внимательно — всецело доверяя описанию, сделанному первыми наблюдателями. Судя по специфическим моментам, первыми наблюдателями были охотники: только они могли заметить непростую взаимосвязь «отношений» между клестами и белками, понять важное значение в жизни последних уроненных клестами шишек. Кстати, названия таких шишек — «паровые» и «кислые» — тоже даны охотниками. Они очень удачны: подчёркивают прелость опада после таяния снегов или заквашенное, законсервированное состояние семян в лежалой шишке. При этом охотники «оставили» натуралистам шанс сделать собственный вклад в описание сюжета, оставив без внимания многие тонкости, показавшиеся охотникам неинтересными, и тем самым избежать повторения.
Именно это нежелание обратить внимание на важные моменты вроде и так всем ясного действия, которые буквально требовали их раскрытия и объяснения, и подвигли меня к обращению к избитому сюжету. Этому предшествовал очный спор, возникший прямо в лесу при наблюдении за кормлением клестов, с двумя маститыми натуралистами, которые не хотели осознавать невозможность простого отрыва шишки от ветки клестом или дятлом. Заложенная с детства подобными рассказами линия поведения птицы затмевала им очевидные манипуляции с веткой, предшествующие отрыву шишки. Глаза им раскрыла только предложенная мной попытка оторвать самим шишку от ветки, обломившейся во время обильного снегопада.
Но сначала стандартный очерк о наблюдении за кормлением клестов. Вот как описано наблюдение в «Лесной газете» в № 1/1971 журнала «Юный натуралист»:
Прежде чем браться за клавиатуру, желательно ознакомиться с доступной научной информацией об этом виде животных. Да‑да, животных — это первое, что необходимо знать вестнику о природе: птицы — это животные, как земноводные, пресмыкающиеся, рыбы, насекомые, ракообразные и многие другие, — о чём большинство из нас сразу благополучно забывает, едва пройдя курс школьной зоологии. Знакомясь с научной информацией, вы должны не только обратить внимание на область распространения снегиря (его ареал), но и сопоставить её с местом, где вы живёте: вполне может оказаться, что к вам пожаловали не гости, а хозяева.
Нам с детства передаётся опыт поколений из разных источников различными путями: от родителей, из книг, на школьных уроках. Если не вникать в суть события, то срабатывает устоявшееся мнение — независимо от того, в какой местности мы рассуждаем о снегирях, будь то Самара и Ульяновск или Вологда и Архангельск, — в наших представлениях снегири к нам прилетают зимой откуда‑то с севера. Только где он начинается, этот Север, если это не просто сторона света, а целая таинственная страна, в которой гнездятся и проводят лето снегири? Везде ли они — зимние гости? Может быть, кое‑где им пора вернуть статус хозяина.
Ошибочные представления в данном случае сформированы не специально. В этом опосредованно виновато единое информационное пространство огромной страны, охватывающей множество природных зон. Когда‑то писатель написал о своих впечатлениях от встречи с яркой птицей, ориентируясь на наблюдения, сделанные в своей местности, — а его книга разошлась по всей стране, в разных регионах которой природные процессы протекают по‑разному и в разные сроки. К тому же такое представление о снегирях укрепилось на том основании, что даже в тех местах, где эти птицы незаметно для большинства живут и гнездятся в соседних лесах, начинают попадаться на глаза они только с приходом зимы — когда появляются возле нашего жилья в сёлах и городах.
Кстати, будучи гражданином такой большой страны, вы получаете дополнительные преимущества, которые позволяют вам оказаться, возможно, даже первым автором, описавшим похожее событие для вашей природной зоны. Когда‑то, прочитав научную статью о брачном поведении серых цапель, я решил снять этот процесс на фотоплёнку. Каково же было моё удивление, когда многие ритуальные элементы исполнялись не совсем так, как было описано в статье! Только здравое рассуждение позволило мне не возмутиться якобы намеренным обманом. Достаточно было вспомнить, что описанные наблюдения проведены хотя и за поведением того же вида, но на другом конце нашей страны, — и сразу стало понятно, в чём причина расхождений. Для животных, имеющих широкое распространение, это оказалось подобным тому, как у нашего русского народа, распространившегося по бескрайней территории, в каждой новой местности сформировались свои наречия, обряды, традиции. А меня это вдохновило на написание не только научной статьи по брачному поведению серой цапли, но и целой главы в натуралистической книге «В поисках птичьих колоний» — собственное наблюдение даёт полное право не только на научную популяризацию, но и на художественную.
Эмоции заставляют нас торопиться, а для наблюдателя важно терпение. Только при длительном внимательном наблюдении вы станете обращать внимание на все мелочи, которые ускользают при поверхностном взгляде, и вы получите дополнительные интересные, стоящие читательского внимания сюжеты о том, что красногрудые у снегирей только самцы, а самки невзрачны, и в этом заложен глубокий биологический смысл, и о том, что снегирь, в отличие от дроздов и свиристелей, не является распространителем растений в наших лесах.
Или вот как с клёстами: сюжет о «дожде из шишек», многократно описанный натуралистами в очерках и заметках, показывает, что далеко не каждый автор сам наблюдал за кормлением клестов в зимнем лесу. А если и наблюдал, то не очень внимательно — всецело доверяя описанию, сделанному первыми наблюдателями. Судя по специфическим моментам, первыми наблюдателями были охотники: только они могли заметить непростую взаимосвязь «отношений» между клестами и белками, понять важное значение в жизни последних уроненных клестами шишек. Кстати, названия таких шишек — «паровые» и «кислые» — тоже даны охотниками. Они очень удачны: подчёркивают прелость опада после таяния снегов или заквашенное, законсервированное состояние семян в лежалой шишке. При этом охотники «оставили» натуралистам шанс сделать собственный вклад в описание сюжета, оставив без внимания многие тонкости, показавшиеся охотникам неинтересными, и тем самым избежать повторения.
Именно это нежелание обратить внимание на важные моменты вроде и так всем ясного действия, которые буквально требовали их раскрытия и объяснения, и подвигли меня к обращению к избитому сюжету. Этому предшествовал очный спор, возникший прямо в лесу при наблюдении за кормлением клестов, с двумя маститыми натуралистами, которые не хотели осознавать невозможность простого отрыва шишки от ветки клестом или дятлом. Заложенная с детства подобными рассказами линия поведения птицы затмевала им очевидные манипуляции с веткой, предшествующие отрыву шишки. Глаза им раскрыла только предложенная мной попытка оторвать самим шишку от ветки, обломившейся во время обильного снегопада.
Но сначала стандартный очерк о наблюдении за кормлением клестов. Вот как описано наблюдение в «Лесной газете» в № 1/1971 журнала «Юный натуралист»:
«"Цык-цык, цек-цек", — перекликаются птицы, перебираясь с дерева на дерево. «Цык-цык, цек-цек», — «я здесь, я здесь», — переговариваются клесты, перепархивая с ветки на ветку. Но вот на пути стайки еловая вершина, обвешанная шишками. Быстро усаживаются на неё клёсты, быстро повисают на ветвях, тут же замолкают, и вот уже ловкие загнутые клювы, как щипцы, одну за другой отворачивают в сторону чешуйки. Семечко, пятое, десятое клесту, а остальной урожай белкам. Не успевает клёст вышелушить всю шишку, редко когда расправится с ней даже наполовину — уронит начатую шишку и не думает опускаться за ней. А зачем, когда рядом висят другие. Быстро расправляются птицы с еловой вершиной, опять раздаётся их «цык-цык, цек-цек», дальше кочует стайка в поисках нового богатого стола, а на снегу под деревом остаются лежать обронённые шишки. Занесёт их снегом, намочит их весенняя вода, не раскроются они весной под солнцем, а пролежат полные зрелых семян до самой осени. А осенью заглянет сюда белка…»
А теперь, для сравнения, чтобы понять, какие важные моменты первый автор не увидел, не досмотрел или не обратил на них внимания и не объяснил, не раскрыл до конца, я представлю свой очерк из книги «Лесная газета. Колодарь: очерки о природе» / О. В. Глушенков. Чебоксары: Чувашское книжное издательство, 2024. С.171−173:
«С елей с шорохом осыпаются шишки, нет не семена, а именно шишки. И не прошлогодние пустые, а с созревшими семенами этого года. Разбойничьи посвисты из кроны заставляют обратить всё внимание туда, и становится видно, что там шевелится-трудится большая группа птиц в ярко красных и зелёных перьевых кафтанах — о богатом урожае прознали кочевники-клесты.
Но почему шуршит настоящий шишечный дождь в еловом лесу, неужели так быстро клесты опустошают шишку?
Подхожу под ель, поднимаю сразу несколько шишек для осмотра. Шишки вовсе не растрёпаны, как если бы их обработал дятел. При поверхностном осмотре сразу и не понимаешь, вынуты ли из неё семена. Но вот замечаешь, что некоторые чешуйки с трещинками и вроде чуток оттопырены — и точно, под ними нет семян. Однако, оказывается, таких совсем немного, под большинством чешуек семена на месте — каждая шишка чуть ли не на две трети ещё наполнена семенами?! Некоторые вообще полные, только три — пять семян извлечено?! И ещё одна немаловажная деталь — все шишки с зелёными хохолками из хвоинок, то есть отрезаны с кончиком ветки?! Так, надо понаблюдать за самими клестами, чтобы понять, как такое происходит — и отступаю из-под ели на расстояние, удобное для наблюдения за вершиной, и подношу бинокль к глазам.
Стайка большая — около двадцати птиц, вроде, на первый взгляд, с преобладанием зелёных самочек. Все в разных местах кроны, в разных позах, что не сразу даёт возможность сосредоточиться на последовательности процесса.
Клесты легко подсаживаются на ветку рядом с шишкой, а то и подвешиваются вниз головой прямо на шишке — неслучайно, учитывая ещё и красочность оперения, их называют северными попугаями. У клестов уникальный клюв, с удлинёнными, изогнутыми и, тем самым, перекрещенными подклювьем и надклювьем — специализированный инструмент для извлечения семян. Вот птица просовывает его под чешуйку, видимо приоткрывает, чешуйка оттопыривается, и языком извлекает семена… Тогда почему же падает шишка, неужели она не выдерживает веса птицы и отрывается? Нет, я точно знаю, я пробовал — шишку не просто оторвать от ветки даже человеку, так как шишка, по сути, то есть по происхождению, сама является видоизменённым продолжением ветки. Что тогда говорить о возможностях птиц — дятел тоже не способен просто оторвать шишку от ветки.
Перевожу взгляд на других птиц — многие сидят на боковых ветвях ели и под лапкой у них, прижатая к ветви шишка, но так шишки не растут, да и вывернуть её туда невозможно. Надо понять, как она туда попадает. А вот и подсказка — сначала у одного, потом у другого шишка выскальзывает из-под лапки и падает вниз — выходит они срезанные. Самое примечательное, что ни один не ринулся вслед за упавшей шишкой, клесты просто перелетели к висящим неподалёку.
А крестообразный клюв-то, оказывается, ещё и как ножницы можно использовать, а точнее, как кусачки! Клёст, на котором я сосредоточил всё внимание, одним движением слегка надкусил, подрезал веточку в месте крепления шишки, оставляя висеть её на тонком волоконце, как говорят дети «на липочке». Затем перехватил её острыми концами и, взлетая, оторвал от ветки. Тяжеловата шишка для птицы, размером чуть больше неё, поэтому клёст поскорее уселся на ближайшую более-менее горизонтальную ветвь, уложил шишку под свою лапку и стал извлекать семена. Только начал, а шишка выскользнула…, и все с начала. Вот теперь ясно стало, почему идёт в ельниках дождь из шишек.
Никто из местных любителей семян ели и сосны: ни белка, ни большой пёстрый дятел, так не разбазаривает урожай, как находники. Упавшая шишка, даже с семенами, потеряна для лесовозобновления. Не раскроется она в сырости, не разлетятся и не прорастут семена по свободным местам. Зато тем же белкам, а также мышам, полёвкам, от такой беспардонной расточительности чужого добра клестами выгода. Мышевидным грызунам, не способным забраться на ель, это сразу подарок, а белки оценят его позже. Когда в конце февраля — начале марта растопырятся-покоробятся при просушке вешним солнцем чешуйки шишек, и разлетятся семена по лесам, гарям и вырубкам, белки останутся без еды. Они не птицы, им трудно собрать достаточное количество маленьких семечек, рассеявшихся по огромной площади. Да и не только зверьки будут рады каждой сброшенной клестами шишке, тот же пёстрый дятел не поленится спуститься за таким кладом, и сами клесты, если задержатся в лесах до весны, будут обращаться в эту, непреднамеренно созданную, кладовую.»
Не выдавай желаемое за действительное
А теперь пример обратной ситуации, когда обладание определённой информацией может заставить вас подогнать под неё действительно сделанное непосредственно вами, но совершенно не соответствующее ей интересное наблюдение. В этом случае срабатывает желание сразу показать себя знающим, разбирающимся в любых вопросах и спешно опубликовать непроверенную информацию.
В «Лесной газете» в № 3/1978 журнала «Юный натуралист» был напечатан материал «Как дятел пьёт берёзовый сок». Из очерка явствует, что автор слышал о таком поведении большого пёстрого дятла, и натолкнула его на написание, скорее всего, реальная находка следов, вроде бы, именно такой деятельности: «…кое кому удаётся увидеть на стволе берёзы с нежной берестой маленькие, с конопляное зёрнышко, дырочки…, будто кто-то сверлом их высверлил. Чаще всего они в ряд, горизонтально».
К сожалению, автор ввёл читателей в заблуждение, приняв за следы пиршества дятла дыхательные отверстия, прогрызенные небольшим жучком, берёзовым заболонником. Живущий под корой берёзы и питающийся клетками камбия и молодого луба, он вынужден по ходу своего продвижения прогрызать в ней вентиляционные отверстия, так как слагающие её покровные ткани, состоящие из отмерших клеток, не пропускают воздух. К живым внутренним тканям воздух проникает только через специальные щели — чечевички, которые видны снаружи как тёмные поперечные полосы на белом фоне бересты. Прогрызенные отверстия действительно для нашего взгляда идеально круглы и величиной с конопляное зёрнышко, только расположение их на стволе вертикальное, а не горизонтальное (исходя из описания, автор увидел их на поваленном дереве).
А следы от весеннего пиршества дятла выглядят по-другому. Ранки, нанесённые им дереву ромбические, так как клюв на поперечном разрезе имеет такую форму. Отверстия для питья сока пробиваются дятлом по горизонтали, говорят «дятел кольцует берёзу», потому что, двигаясь вокруг ствола, удобнее поочерёдно выпивать сладкий сок из постепенно наполняющихся отверстий, и по форме скорее напоминают чечевичное зерно, а не конопляное, только значительное крупнее. Обычно натуралист сталкивается уже со старыми, залеченными деревом ранами. В этом случае видишь кольцо или полукольцо заплывших чёрных ромбиков разного размера, и это не всегда наблюдается на молодых берёзах, чаще — в верхней части ствола старых.
Так что, становясь на путь вестника, поостерегитесь сразу выдавать желаемое за действительное, не удостоверившись в правоте своего предположения, не выверив его на основе научного знания.
В «Лесной газете» в № 3/1978 журнала «Юный натуралист» был напечатан материал «Как дятел пьёт берёзовый сок». Из очерка явствует, что автор слышал о таком поведении большого пёстрого дятла, и натолкнула его на написание, скорее всего, реальная находка следов, вроде бы, именно такой деятельности: «…кое кому удаётся увидеть на стволе берёзы с нежной берестой маленькие, с конопляное зёрнышко, дырочки…, будто кто-то сверлом их высверлил. Чаще всего они в ряд, горизонтально».
К сожалению, автор ввёл читателей в заблуждение, приняв за следы пиршества дятла дыхательные отверстия, прогрызенные небольшим жучком, берёзовым заболонником. Живущий под корой берёзы и питающийся клетками камбия и молодого луба, он вынужден по ходу своего продвижения прогрызать в ней вентиляционные отверстия, так как слагающие её покровные ткани, состоящие из отмерших клеток, не пропускают воздух. К живым внутренним тканям воздух проникает только через специальные щели — чечевички, которые видны снаружи как тёмные поперечные полосы на белом фоне бересты. Прогрызенные отверстия действительно для нашего взгляда идеально круглы и величиной с конопляное зёрнышко, только расположение их на стволе вертикальное, а не горизонтальное (исходя из описания, автор увидел их на поваленном дереве).
А следы от весеннего пиршества дятла выглядят по-другому. Ранки, нанесённые им дереву ромбические, так как клюв на поперечном разрезе имеет такую форму. Отверстия для питья сока пробиваются дятлом по горизонтали, говорят «дятел кольцует берёзу», потому что, двигаясь вокруг ствола, удобнее поочерёдно выпивать сладкий сок из постепенно наполняющихся отверстий, и по форме скорее напоминают чечевичное зерно, а не конопляное, только значительное крупнее. Обычно натуралист сталкивается уже со старыми, залеченными деревом ранами. В этом случае видишь кольцо или полукольцо заплывших чёрных ромбиков разного размера, и это не всегда наблюдается на молодых берёзах, чаще — в верхней части ствола старых.
Так что, становясь на путь вестника, поостерегитесь сразу выдавать желаемое за действительное, не удостоверившись в правоте своего предположения, не выверив его на основе научного знания.
Не видели, не знаете – не пишите
Игнорировать знакомство с научными знаниями о природе чревато для начинающего вестника и по причине предвзятости сформированных с самого детства представлений о ней. Наши знания о природе, о жизни животных изначально складываются благодаря не столько своим наблюдениям, сколько из сказок и рассказов родителей. От сложившихся в раннем детстве представлений очень трудно отказаться. Поэтому заяц для нас всегда остаётся трусливым, лиса — хитрой, волк — злым. И даже не задумываемся, что правильно называть лису — лисицей, ёжика — ежом.
Не меняются наши представления о диких животных и с постижением грамотности, ведь наша детская литература основана на рассказах о природе классиков, которые почти все были охотниками.
Устный жанр охотничьих рассказов не зря именуют байками, так как им свойственно не только преувеличение увиденного, но и просто выдумка всего, якобы реально наблюдаемого, действия.
Байки по сути своей безобидны и представляют собой чаще всего выдуманные смешные или преувеличенно страшные истории, и рассказываются они с целью стать центром внимания слушателей.
Однако байки, записанные на бумагу, уже не столь безобидны. Как минимум, они несут и закрепляют в нашей памяти ложные знания.
Пример, ставший классикой — ёж, переносящий на своей колючей спине яблоки. Нам в детстве родители или учителя в начальной школе обязательно читают рассказ Михаила Пришвина, из которого мы впервые и узнаём, что ёж делает запас из яблок в своём гнезде, которые переносит с того места, где они есть, нацепив их на колючки спины. Чем руководствовался писатель, натуралист, прекрасно знающий нашу природу, умеющий наблюдать и видеть, когда писал эту небылицу, на века изменившую понимание людьми образа жизни этого зверька, остаётся никому непонятным.
Большинство из нас так и вырастают с этим знанием, которое не способна надолго перебить в нашей памяти даже полученная из курса зоологии общеобразовательной школы достоверная научная информация о том, что ёж относится к отряду насекомоядных и питается животной пищей — червями, слизнями, крупными насекомыми и их личинками, может поймать и съесть мышь или полёвку, справиться со змеёй.
Однако то, что простительно великому писателю — певцу нашей российской природы, в остальном больше не позволившему себе таких выдумок, для начинающего вестника непозволительно, как бы ни был велик соблазн выдумать и выдать за своё якобы реальное, ранее невиданное наблюдение.
Очень не хотелось бы, чтобы среди вставших на путь лесного вестника нашлись такие сочинители, начинающие свой творческий путь с описания полностью выдуманного наблюдения, подобного этому:
Не меняются наши представления о диких животных и с постижением грамотности, ведь наша детская литература основана на рассказах о природе классиков, которые почти все были охотниками.
Устный жанр охотничьих рассказов не зря именуют байками, так как им свойственно не только преувеличение увиденного, но и просто выдумка всего, якобы реально наблюдаемого, действия.
Байки по сути своей безобидны и представляют собой чаще всего выдуманные смешные или преувеличенно страшные истории, и рассказываются они с целью стать центром внимания слушателей.
Однако байки, записанные на бумагу, уже не столь безобидны. Как минимум, они несут и закрепляют в нашей памяти ложные знания.
Пример, ставший классикой — ёж, переносящий на своей колючей спине яблоки. Нам в детстве родители или учителя в начальной школе обязательно читают рассказ Михаила Пришвина, из которого мы впервые и узнаём, что ёж делает запас из яблок в своём гнезде, которые переносит с того места, где они есть, нацепив их на колючки спины. Чем руководствовался писатель, натуралист, прекрасно знающий нашу природу, умеющий наблюдать и видеть, когда писал эту небылицу, на века изменившую понимание людьми образа жизни этого зверька, остаётся никому непонятным.
Большинство из нас так и вырастают с этим знанием, которое не способна надолго перебить в нашей памяти даже полученная из курса зоологии общеобразовательной школы достоверная научная информация о том, что ёж относится к отряду насекомоядных и питается животной пищей — червями, слизнями, крупными насекомыми и их личинками, может поймать и съесть мышь или полёвку, справиться со змеёй.
Однако то, что простительно великому писателю — певцу нашей российской природы, в остальном больше не позволившему себе таких выдумок, для начинающего вестника непозволительно, как бы ни был велик соблазн выдумать и выдать за своё якобы реальное, ранее невиданное наблюдение.
Очень не хотелось бы, чтобы среди вставших на путь лесного вестника нашлись такие сочинители, начинающие свой творческий путь с описания полностью выдуманного наблюдения, подобного этому:
«СВИРИСТЕЛИ В ОБМОРОКЕ».
«Что такое? С верхушки рябины в морозный день одна за другой на землю падают свиристели. Лежат словно неживые, не шевелятся. Возьмёшь птицу в руки — дышит, тельце тёплое, а глазки закрыты.
Через некоторое время птички оживают. Задвигаются, запрыгают, вспорхнут на деревья и как ни в чём не бывало снова примутся за рябину.
Почему ягоды так на птиц подействовали?
Плоды рябины в морозный день становятся маленькими кусочками льда. Набитый ими зоб птицы охлаждает всё тело, сдавливает горло, затрудняет дыхание. Вот и оказывается объевшаяся свиристель в полуобморочном состоянии. И падает она с дерева на землю. Только после того, как часть ягод оттает и пройдёт в желудок, птица приходит в себя и снова начинает есть. До… очередного обморока".
(По В. Запорожченко и В. Строкову — О. Н. Федотова, Г. В. Трафимова, С. А. Трафимов Окружающий мир. Хрестоматия. 1 класс. — М. Академкнига / учебник, 2009. С.32−33).
Даже великий сказочник Ганс Христиан Андерсен старался в своих произведениях быть по возможности биологически объективным. И ласточка в «Дюймовочке», впавшая в оцепенение при похолодании и «ожившая» при согревании, это реальный факт, характерный для её физиологии. А то, что сочинили новоявленные «натуралисты» про свиристеля, по фантазии превосходит любую сказку. Подумайте, что произошло бы со свиристелем, как биологическим видом, если бы с ним действительно такое случалось на каждой кормёжке?
История тоже вроде безобидная, но это очевидное враньё тоже закладывается в детскую память. К тому же небылица была помещена на страницы учебного пособия — в школьную хрестоматию к учебнику «Окружающий мир»!
История тоже вроде безобидная, но это очевидное враньё тоже закладывается в детскую память. К тому же небылица была помещена на страницы учебного пособия — в школьную хрестоматию к учебнику «Окружающий мир»!
Не пересказывайте и не сочиняйте байки
Начинающих вестников на их пути подстерегают и другие опасности. Вроде даже как благородное желание взяться либо за опровержение баек, либо за их оправдание, без соответствующего опыта и знаний может только усугубить ложь. Однако снова и снова находятся те, кто передаёт небылицу новым поколениям, да с добавлением ещё более невероятных подробностей, делая попытки совместить несовместимое.
С опровержением байки Пришвина про ежа это уже происходило неоднократно. Сначала кое-кто озаботился вопросом: «Где это ёж в наших лесах столько яблок найдёт, чтобы запасы делать?» — и появились мультфильмы, сказки, где ёж уже заготавливает не яблоки, а грибы. Позже на писательскую сцену вышли те, кто после полученных в школьном курсе биологии знаний о типе питания ежа, решил, что противоречие тут не в заготовке, а совсем в другом. При этом решил просто так, не утруждая себя ни наблюдениями за жизнью ежей, ни изучением специальной биологической литературы, а рассуждая: «Да, ёж, как хищник, не ест яблоки, но он накалывает их на свои колючки, чтобы избавиться от паразитов. В лесу растут одичавшие яблони с очень кислыми плодами. Если наколоть такой плод на спину, то вытекающая из него кислота убьёт живущих в шерсти блох и впившихся в кожу клещей». И вот готова новая байка, да ещё вроде как с «научным» обоснованием. А ведь для того, чтобы не выдумывать такую глубокую глупость по поводу воздействия яблочной кислоты на паразитов, достаточно было один разочек внимательно рассмотреть живого ежа, или даже хорошую чёткую фотографию, и задаться вопросом: «Как можно на такие густо расположенные и лежащие в разные стороны, перепутанные, иглы, по сути, видоизменённые волосы, наколоть яблоко или гриб?» — и всё бы встало на свои места, а добрая байка Пришвина так и осталась бы байкой.
Мы рассмотрели подходы к изложению наблюдаемого в природе события, явления, начали разговор о принципах, соблюдение которых влияет на становление автора в качестве вестника природы, способствует приобретению личного авторитета и формированию правильного представления о природе у читателей. В следующей статье мы продолжим разговор о более важных принципах, которые необходимо соблюдать, чтобы не нанести вреда природе, её объектам.
С опровержением байки Пришвина про ежа это уже происходило неоднократно. Сначала кое-кто озаботился вопросом: «Где это ёж в наших лесах столько яблок найдёт, чтобы запасы делать?» — и появились мультфильмы, сказки, где ёж уже заготавливает не яблоки, а грибы. Позже на писательскую сцену вышли те, кто после полученных в школьном курсе биологии знаний о типе питания ежа, решил, что противоречие тут не в заготовке, а совсем в другом. При этом решил просто так, не утруждая себя ни наблюдениями за жизнью ежей, ни изучением специальной биологической литературы, а рассуждая: «Да, ёж, как хищник, не ест яблоки, но он накалывает их на свои колючки, чтобы избавиться от паразитов. В лесу растут одичавшие яблони с очень кислыми плодами. Если наколоть такой плод на спину, то вытекающая из него кислота убьёт живущих в шерсти блох и впившихся в кожу клещей». И вот готова новая байка, да ещё вроде как с «научным» обоснованием. А ведь для того, чтобы не выдумывать такую глубокую глупость по поводу воздействия яблочной кислоты на паразитов, достаточно было один разочек внимательно рассмотреть живого ежа, или даже хорошую чёткую фотографию, и задаться вопросом: «Как можно на такие густо расположенные и лежащие в разные стороны, перепутанные, иглы, по сути, видоизменённые волосы, наколоть яблоко или гриб?» — и всё бы встало на свои места, а добрая байка Пришвина так и осталась бы байкой.
Мы рассмотрели подходы к изложению наблюдаемого в природе события, явления, начали разговор о принципах, соблюдение которых влияет на становление автора в качестве вестника природы, способствует приобретению личного авторитета и формированию правильного представления о природе у читателей. В следующей статье мы продолжим разговор о более важных принципах, которые необходимо соблюдать, чтобы не нанести вреда природе, её объектам.
Сетевое издание «Межрегиональный юннатский вестник» (yunnatvestnik.ru, СМИ зарегистрировано Роскомнадзором 13.02.2026, Эл № ФС77−90938) ежедневно пополняется новыми материалами для юных натуралистов, их руководителей, специалистов и любителей природы.
В рубрике «Делимся опытом и мнениями» читайте и другие публикации по различным проблемам экологического воспитания, юннатского движения, дополнительного образования естественнонаучной направленности, статьи с представлением опыта работы педагогов и наставников. Там могла бы быть опубликована и Ваша статья.
